«Раньше я никогда не страдала суевериями, не верила ни в Бога, ни в черта, - была ярым атеистом-материалистом. Но несколько лет назад произошло событие, которое порядком поколебало мой стойкий атеизм.
Случилось так, что в Пасху, выйдя из дома в магазин, я встретила соседку. Она спросила меня, мол, пойду ли я в храм святить кулич. Я рассмеялась ей в лицо и сказала, что всей этой хренью я не маюсь и ей не советую...
К вечеру у меня поднялась температура, распух язык так, что я слова сказать не могла. И сильно заболел живот. Вызвали скорую, и те определили аппендицит. Врач направил меня в больницу на операцию. В приемном покое студентка-практикантка, вьетнамка по национальности, сделала мне какой-то укол. У меня мгновенно появилось ощущение, что я куда-то провалилась и умираю!
Возник черный туннель с очень ярким светом впереди, я увидела себя со стороны, летящую с невероятной скоростью, со свистом в ушах, ногами вперед к яркому свету! Затем мое тело стало мгновенно стареть: кожа начала морщиться, как печеное яблоко, чернеть и кусками отваливаться от костей. Такого ужаса я не могла представить себе никогда в жизни. В скором времени вперед по туннелю летел один только лишь мой скелет. Я видела каждую его косточку.
Когда до вылета на нестерпимо яркий свет осталось всего ничего, я стала щелкать челюстью и как будто кому-то говорить, что я ангел, и хочу чтоб мне срочно выдали крылья - без них на свет я вылетать отказываюсь! В ответ я услышала оглушающий смех...
После этого я пришла в себя, и у меня началась дикая истерика, а к вечеру, несмотря на мое обычно пониженное давление, оно подскочило до 250. Пришел врач и сказал:
«У вас нет аппендицита и вы теперь не наша больная - уходите!»
Ну, как обычно, в наших больницах бывает. На следующее утро, хотя я еле стояла на ногах, и все расплывалось перед глазами, меня выписали домой.
Я долго приходила в себя. Сходила в церковь, там долго ходила и разглядывала иконы. У меня создалось впечатление, что не болела я ничем, и врачи не спасали мою жизнь, а кто-то там, наверху, решил, что мое время уйти еще не пришло, оставил меня в покое, в живых, но наказал за неверие».